Фото Олега Киреева.
27 марта 2018 г., Вторник
Михаил Юрьев: Чтобы победить, все должны смотреть
в одну сторону
Главный тренер «СКА-Нефтяника» и мужской национальной сборной страны Михаил Юрьев резюмировал самый сложный сезон в тренерской карьере, рассказав о пяти вершинах, победе в чемпионате России, новых стимулах и своем будущем.
ОРГАНИЗМ ПРОСТО ОТКАЗЫВАЛСЯ ПРИНИМАТЬ ЧАСОВЫЕ ПОЯСА
— Михаил Юрьевич, итоговый счет финального матча (8:1), как вы признались, не соответствует уровню борьбы. Но выиграть с таким результатом все-таки приятно, не правда ли?
— Приятно, но на самом деле, без разницы в один мяч выигрывать или в два. Главное, выиграть. Потому, что это — победа.
— Какую эмоцию оставит внутри завершившийся сезон?
— Положительную. Тяжелый был сезон, очень тяжелый. В прошлом году в России мы завоевали три титула, и все ждали подтверждения наших амбиций и результатов прошлого сезона. Мы прекрасно это понимали, ощущая давление на протяжении всех прошедших месяцев.
Но если в прошлом году нам на руку сыграла новая формула чемпионата, когда на первом этапе мы, по сути, выезжали только по Сибири, избегая перелётов на дальние расстояния. То в этом сезоне мы столкнулись с откровенно не самым удобоваримым для нас календарем. К середине сезона у наших хоккеистов пошли травмы, опыта работы с которыми у нас просто не было!
3 декабря состоялся матч за Суперкубок России в Красногорске, после которого нас, по большому счету, «похоронили» люди, которые очень хорошо разбираются в хоккее с мячом, решив, что в этом сезоне мы не будем ни на что претендовать.
— Корень проблемы именно в многочисленных перелётах?
— Мы не акклиматизировались и не реакклиматизировались — организм просто отказывался принимать часовые пояса. Мы попали в такую неприятную ситуацию, и очень хорошо, что после матча за Суперкубок случился перерыв. Хотя «сборникам», которые поехали на «Турнир четырёх наций» в Сёдерхамн, было еще тяжелее. И в этот момент мне за ребят стало просто боязно. Потом мы вернулись в Хабаровск и буквально на следующий день вышли на матч с «Байкал-Энергией» — этот момент был архисложным. Играть после 9-часового перелёта и смены нескольких часовых поясов просто невероятно тяжело — я это знаю по себе. У меня был такой опыт: однажды после установки я просто заснул. Словом, это был катастрофический срыв акклиматизации.
ОПТИМАЛЬНЫЙ ВАРИАНТ — 4 МАТЧА НА ВЫЕЗДЕ
— Вы уже не первый год работаете с командой, но в ситуацию такого масштаба, получается, клуб попал впервые?
— Да, потому что случился отрезок, когда в течение 12 дней мы трижды слетали в Москву. Мы начали сезон в Кирове и Нижнем Новгороде, вернулись домой, съездили в Красногорск и Архангельск, снова вернулись в Хабаровск и сразу же полетели на матч за Суперкубок. И что бы мы ни делали в такой ситуации — в голове нет тумблера, чтобы переключить организм! Ты играешь в разных условиях, при разной погоде… Абсолютно любой физиолог скажет, что это ненормальная ситуация.
— В мае прошлого года на совещании главных тренеров клубов Суперлиги вы делали свое предложение по календарю — с четырьмя выездными матчами вместо двух.
— Посмотрите, как составлялись календари в советское время: на выезде играли 4−5 матчей подряд, а выезда было, максимум, два-три. Кто бы что ни говорил, но сейчас признают, что тогда всё было не так плохо. И мы делали подобное предложение ещё 4 года назад, в мой первый сезон работы в Хабаровске. 6 июля прошлого года был опубликован проект календаря Чемпионата России, а 9 июля я приезжал с нашим предложением в Москву, но услышал, что «уже поздно». Хотя на тот момент еще даже не было известно, сколько команд сыграет в Суперлиге — 14 или 16.
Я очень благодарен нашему хабаровскому статистику
Вадиму Авдееву, который помогает нам с разработкой вариантов календаря. И сейчас он работает над вариантом как для 14, так и для 16 клубов. Это колоссальный объем работы! В первый сезон работы в Хабаровске я делал его сам, потратив неделю: вся моя квартира была увешана листами формата А4 с расписанием 26 туров…
Когда
Валерий Иванович Эйхвальд работал в Иркутске, мы обсуждали с ним подобный вариант с 4 матчами на выезде, и пришли к выводу, что эта схема — оптимальная для команд Востока. Я не берусь судить о западных клубах, но и у «Байкал-Энергии» в нынешнем сезоне случалась ситуация, схожая с нашей.
РЫСЕВ ЗАСЛУЖИЛ ФИНАЛ СВОИМ СЕЗОНОМ
— Вернемся к финалу. Насколько определяющим в воскресном финале стало преимущетсво «СКА-Нефтяника» в центре поля, где игру вёл восстановившийся от тяжелой травмы Юрий Шардаков?
— Эту игру можно раскладывать на много составляющих. Считаю, что «Енисей» сознательно оголил эту линию. Я хочу похвалить своих ребят за то, что они старались играть очень дисциплинированно. Да, первые 20−25 минут сказывалось волнение и мы долго входили в игру, но такие моменты имеют место быть. Красноярск в этом компоненте опытнее нас, несмотря на то, что именно
«СКА-Нефтяник» — действующий чемпион. Но у нас были ребята, для которых матч подобного уровня — первый в карьере, что и сказывалось.
— Именно волнение было причиной огромного количества потерь мяча на своей половине поля в первом тайме?
— Это и нервы, и прессинг «Енисея», и качество льда. Ребята говорили, что лёд в «Ерофее» не жёсткий. На финале стадон был практически полон, и в арене, соответственно, стало очень тепло. Я не назову это главной причиной, но льда хватало на 25 в каждом из таймов, и это не могло не сказываться на технике.
— Почему «СКА-Нефтяник» в отличие от «Енисея» практически не включал прессинг?
— У нас был свой план на игру. При выборе тактики все исходят из того, на что способна твоя команда и твой соперник. Тактика — это и стратегия на матч. Чтобы играть все 90 минут «высоко» в последнем матче сезона, нужно, чтобы команда была очень хорошо готова физически. Фрагментарно во втором тайме мы и сами старались играть «высоко», когда «Енисей» пытался играть активно.
— Удачная реализация моментов — главный фактор победы?
— Конечно это важно в любом финальном матче. Но я ожидал, что «Енисей», поведя в счёте, перестроится. У них были моменты, чтобы развить успех и повести 2:0. Но
Денис Рысев сыграл сегодня, как и должен сыграть — как вратарь уровня сборной России.
— Почему именно Рысев занял место в воротах в финале?
— Я посчитал, что Денис заслужил этот матч своим сезоном.
— В этом финале своё «слово» сказали игроки, от которых, по большому счету, этого не ждали…
— Значит, они правильно работали на последних тренировках и услышали, что от них требуется. Того же Дениса Потёмина мы направляли в то русло, в котором он и сыграл. Получается, наши слова дошли до ребят.
— Угловой в исполнении Потёмина стал большой неожиданностью не только для соперника, но даже для поклонников «СКА-Нефтяника». А удивил ли чем-нибудь «Енисей»?
— Мы очень опасались за стандартные положения соперника. В этом сезоне у них очень много вариантов как для удара, так и для розыгрыша. Даже выделить кого-то тяжело. Мы три дня занимались теорией, разбирая действия «Енисея»: мы показывали моменты, как играет соперник дома и на выезде, как разыгрывает угловые и организует атаки. Плюс у нас в багаже были матчи, которые мы уже сыграли с ними в нынешнем сезоне.
ВСЕ В КЛУБЕ ДОЛЖНЫ СМОТРЕТЬ В ОДНУ СТОРОНУ
— Противостояние с «Енисеем» — самое эмоциональное для «СКА-Нефтяника»?
— Конечно, оно включает в себя и тактику, и технику, и все сопутствующие атрибуты матча. И психологию — не только игроков, но и тренеров, и медицинского персонала клуба в том числе. Все должны смотреть в одну сторону. Абсолютно все!
— Получалось ли это на протяжении всего сезона?
— Нет. Но надо анализировать почему это происходит и понимать, как это исправить. Но если мы будем искать негатив, то всегда его найдем.
— Злые языки твердили, что в прошлом сезоне «СКА-Нефтянику» удалось стать чемпионом потому, что лучшие игроки «Енисея» уехали в Швецию… Нынешняя победа важна с точки зрения психологии?
— Может быть, в таком случае не стоило проводить чемпионат в прошлом году вообще? Безусловно, эта победа важна и она более тяжелая. Я не обращаю внимания на счет — это не самое главное в матче. Минут 60 ход финала был очень и очень непростой. Поэтому, повторюсь, победа далась нам очень тяжело, но была нам очень нужна.
— В Сёдерхамне после «Турнира четырёх наций» мы с вами предположили, что нынешний сезон для вас — самый сложный.
— Так и вышло. Есть Кубок мира — очень важное соревнование для лидеров российского и шведского хоккея. Победа в нем — задача, которая ставится и которую хочется решать. Это другой уровень. Есть Кубок и Суперкубок России. Есть чемпионат мира. И, наконец, чемпионат страны. По сути, пять вершин, которые в течение сезона можно попытаться штурмовать. В прошлом году удалось покорить три из четырёх, в этом — три из пяти.
Признаюсь, очень много сил отнял чемпионат мира. И у ребят, и у меня. Все прекрасно понимали, что звание сильнейших надо возвращать в Россию. И эта фактически была уже не та сборная, что даже год назад. Эта команда — ребята 1990−1992 года рождения, которые играли с более старшими шведами, очень мастеровитыми и очень сильными. И на хоккеистов выпала огромная психоэмоциональная нагрузка: способны ли они без игроков прошлого поколения взвалить на себя ответственность и выиграть? И они сами понимали это лучше всех остальных — им даже говорить об этом не пришлось. Спасибо
Сергею Ломанову, что согласился играть в этой сборной — его помощь для этих ребят трудно переоценить.
— Как вы восстанавливались после домашнего чемпионата мира?
— Да времени на это, по сути, не было. Уже на следующий день я был на арене, но не проводил тренировку. Было тяжело — все были опустошенные. Я понимаю зрителей, которые на первых матчах после чемпионата мира свистели с трибун, но я понимал и ребят, которые отдали за сборную России все свои эмоции и силы. И их не восстановить за 2−3 дня — на это, по-хорошему, нужно 2−3 недели.
— Как будете восстанавливаться сейчас после столь сложного сезона?
— Пока не знаю. Хочется просто все забыть и просто поехать домой. Думаю, полечу в Новосибирск через неделю.
— Вопрос, который волнует многих: у вас закончился контракт со «СКА-Нефтяником». Для себя вы приняли решение — что дальше?
— Да.
— Вы остаетесь?
— Большой шанс на это.
— Результат финала мог повлиять на ваш положительный или отрицательный ответ на предложение клуба о продлении контракта?
— Нет. У меня уже был разговор с президентом клуба. Но выбор передо мной серьезный — слишком много времени на одном месте. Для меня очень тяжело находиться без семьи, и сейчас я не представляю, что так будет еще год. Да, работа — это важно: это твое самовыражение. Уверен, у мужчины должно быть достойное дело, которым он занимается.
— Значит, есть стимул и еще не достигнутые вершины, которые хочется покорить?
— Они всегда находятся
(улыбается). Вы сказали про Кубок мира — и я не буду скрывать: хочется подержать его в своих руках. Очень хочется.
Это "клиника", как началось с 80-х годов, так и продолжается.. Если просрал Енисей, то причина только одна, .. судейство!
Миргазова в Эдсбюн сватают, Эдлунда в Енисей, по Джусоеву непонятки.